Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

«Миссию выполнили» – что не так с украинскими реформами и нужны ли они были вообще

Запрос на изменение страны после Майдана был силен как никогда. Этого требовало и общество, и международные партнеры Украины, помощь которых была накрепко привязана к реформам. Процесс возглавил президент Порошенко и правительство – и теперь, по истечении четырех лет, в их адрес звучат обвинения в срыве реформ и чуть ли не предательстве национальных интересов высшими должностными лицами страны. Что не так с реформами и нужны ли они вообще, разбирались «Вести».

Есть изменения? Назовите это реформой!

Реформы представляют собой такие изменения экономики, политики и социальной и других сфер, которые не разрушают фундаментальных принципов государства. Такие изменения могут быть как в пользу большинства граждан, так и в пользу элит. Повышение пенсионного возраста, снижение социальных обязательств государства перед гражданами – тоже реформы, но они понижают уровень жизни. По большому счету, реформы неизбежны, так как экономика и другие сферы государственного существования быстро устаревают, а сам механизм политических отношений требует установки обновлений для сохранения адекватности и работоспособности.

Бывший народный депутат, политолог Тарас Чорновил считает, что реформы в Украине не проводились вовремя. «В 1991 году произошло фактически формальное провозглашение независимости, но мы дальше жили в УССР, только в независимой и суверенной. Можно четверть столетия прожить на старых запасах, но они все равно исчерпываются. На сегодня они исчерпаны. И вопрос проводить реформы или нет – вопрос не стоял, потому что не проводить их было невозможно», – сказал Тарас Чорновил корреспонденту «Вестей».

Однако украинские политические элиты умудрились начать изменения, приспособить реформы под себя, пропиариться на ходе изменений и не довести до логического окончания ни одну из них, ограничившись декоративными изменениями.

Политическая судьба реформаторов часто оказывается незавидной – вспомнить, хотя бы, бывшего друга Петра Порошенко Саакашвили, которого считали чуть ли не локомотивов изменений. Искренние попытки провести реформы хотя бы в Одесской области сначала натолкнулись на конфликт с местными элитами, а затем противостоянием с самим президентом, охрана которого выкинула из страны бывшего президента Грузии. Грубо говоря, личные интересы оказались сильнее не только дружбы с Саакашвили, но и интересов Украины.

Политолог Андрей Ермолаев считает, что не только президент, но и многие другие политики, использовали термин «реформа» для своего рода дизайна своей политики. «Попытки предложить какие-то целенаправленные шаги в плане реформ со стороны нынешней власти выглядели очень неподготовленно. Скорее, реформами что-то называли, чем что-то делали. Грубо говоря, нынешняя власть просто оформляла как реформу уже накопившиеся изменения», – считает Андрей Ермолаев.

Не все так плохо, надо подождать

В ответ на критику и обвинения в профанации реформ, власть отвечает, что украинцы пока что просто не успели почувствовать улучшение жизни. Грубо говоря, реформировали в первую очередь те секторы экономики, функционирование которых никак не сказываются на жизни простых людей. Вместе с тем, реформы газового, налогового, банковского сектора и правил государственных закупок позволили восстановить 6 млрд долларов государственного бюджета. Так утверждают в украинском институте экономических исследований и политического консалтинга.

На сайте reformy.org.ua приведен внушительный список уже проведенных реформ и этот список довольно внушителен. Правда, наравне с созданием Нацполиции в перечне достижений власти находятся пункты о, например, начале «Укрпочтой» прямых доставок товаров из китайских интернет-магазинов.

«Иногда эти изменения приносили пользу, как децентрализация, некоторые изменения были деструктивными: разрушение институтов системы здравоохранения, неперспективная реформа образования, буксующая инфраструктурная политика», – утверждает Ермолаев.

Вместе с тем политолог Владимир Цибулько уверен, что реформы оказались выгодны украинскому гражданину, а невыгодны – олигархам.

«Усилился гражданский контроль над государственными институциями – при каждой институции есть наблюдательная рада, как правило, достаточно многочисленная, из представителей гражданских организаций. Это явление прогрессивное. Однако, украинское общество более мобилизованное и реактивное в плане принятия новаций, чем к этому готов или не готов украинский политический класс», – сказал «Вестям» Владимир Цыбулько.

Из варяг в украинцы

Для успешных изменений в Украину, были приглашены иностранные специалисты, которые на родине уже совершили реформы, увенчавшиеся успехом. Так, например, Наталья Яресько пришла в Кабмин, чтобы стать главным финансовым лоббистом Украины в мире, от Александра Квиташвили ждали полной перезагрузки украинской медицинской системы, Айварасу Абромавичусу предстояло стать локомотивом реформ украинской экономики, а Хатия Деканоидзе оказалась вдохновителем реформы Нацполиции.

В той или иной мере каждому экспату пришлось столкнуться с украинскими постмайданными реалиями и перейти дорогу представителям политической элиты.

«Абромавичус в свое время осознал в какой ипостаси и роли его пригласили, а Саакашвили на своей шкуре осознал. Все остальные иностранцы выполняли роль декораций, не беря на себя никакой ответственности. Это своего рода фетишизм, а иностранцы просто получали зарплату и молчали», – считает Ермолаев.

А Чорновил заявил «Вестям», что у власти была надежда, что приглашенные реформаторы принесут опыт, в то время как к украинским кадрам со стороны ЕС было недоверие из-за коррупции. «Оказалось, что эффект от приглашенных был минимальным, хотя механизм, с помощью которого подбирались кадры для работы в Украине, был довольно прогрессивным – рекрутинговое агентство, которое подбирает топовые кадры для крупного бизнеса», – сообщил политолог.

С ним не согласен Владимир Цибулько, который утверждает, что основная миссия состояла в том, чтобы усилить коммуникации с международными институтами – ЕС, Всемирным банком, МВФ, правительством США.

«В этом смысле они свою миссию выполнены. Как бы тяжело не было, какое б наследие не досталось премьеру Гройсману от министра Яресько, которая была основным коммуникатором с МВФ. Но все равно, в свое время это были довольно прогрессивные решение. Самое сложное было – демонтаж влияния региональных кланов, ведь в каждой области была своя схема», – сказал политолог Владимир Цибулько.

 «Вести»